Историк Егор Яковлев — о геноциде советского народа

В Госдуму внесли законопроект об увековечении памяти жертв геноцида советского народа в период Великой Отечественной войны. Подписи под ним поставили депутаты от всех фракций — «Единая Россия», ЛДПР, «Справедливая Россия — За правду», КПРФ и «Новые люди». Вероятно, он будет принят, а в законодательстве появится соответствующее понятие. Чтобы разобраться в обоснованиях этого, «Фонтанка» поговорила с петербургским историком, преподавателем СПбГУ Егором Яковлевым, который стоял у истоков юридического признания геноцида советского народа.

— Когда в науке стало формироваться представление, что геноцидом были не только убийства евреев на оккупированной территории СССР?

— Сразу после Второй мировой войны, когда юрист польско-еврейского происхождения Рафаэль Лемкин ввел в юридическую литературу термин «геноцид». Помимо евреев и цыган, что никогда не вызывало споров, автор этого термина включил в список жертв нацистского геноцида и славянские народы Восточной Европы. «Основной целью нацистов было совершение геноцида против народов с целью завладеть их территорией в целях колонизации. Так было с поляками, русскими и украинцами». Это прямая цитата Лемкина.

Если говорить об историографии, то геноцид славян дотошно исследовал американский историк украинского происхождения Игорь Каменецкий. Его монография «Секретные планы нацистов в Восточной Европе. Исследование политики жизненного пространства» посвящена теме геноцида, направленного именно против славянского населения. Об этом много писали германские ученые в 1980–2000-е годы, когда оковы холодной войны пали и многие бросились исследовать неизученную ранее тему. До сегодняшнего дня — это один из мейнстримов германской историографии. Кристиан Штрайт, Вольфрам Ветте, Ханнес Хеер — все они пишут о славянском измерении геноцида. 

Когда я начал изучать эту проблематику, то был поражен, что в Англии и Германии есть подробная литература о немецких преступлениях на Восточном фронте, которые описаны именно в геноцидальных категориях. В России до последнего времени ничего подобного не было. Вместе с тем иностранные ученые мало использовали отечественные архивы. Одна из моих задач состояла в том, чтобы объединить их достижения с документами, которые отложились в России.

— Есть ли разница между геноцидом евреев и славянского населения?

— Конечно. Чтобы понять ее, мы должны отталкиваться от общепризнанного определения геноцида, данного в Конвенции ООН от 9 декабря 1948 года. Геноцид — это «действия, совершенные с намерением, полностью или частично, уничтожить этническую, расовую, религиозную и национальную группу как таковую». Нацисты стремились уничтожить евреев именно полностью, как и цыган. Такой цели в отношении славянских народов Восточной Европы гитлеровцы никогда не ставили, но их планировали истребить частично. Во-первых, с целью расчищения «жизненного пространства» для последующей германской колонизации. Во-вторых, чтобы подорвать впечатляющие демографические ресурсы советского противника. У нацистов в ходу была фраза — «их 190 миллионов, а нас 90 миллионов». Она означала, что славян слишком много, и только радикальное сокращение их численности надежно гарантирует Германии обладание захваченными территориями.

Кроме того, геноцид евреев был экстерриториальным: их планировалось уничтожить везде в Европе. В случае со славянскими народами, напротив, происходило то, что в западной историографии называется genocide of indigenous people — геноцид коренного населения, то есть уничтожению подлежали народы, проживающие на конкретной территории, предназначенной к заселению пришлыми колонизаторами. Здесь многие англоязычные ученые, например, Эдвард Вестерман или Керролл Кейкл, проводят обоснованные параллели с уничтожением индейцев. 

— Как доказать, что немцы осуществили именно геноцид?

— Я не случайно привел вам определение геноцида. Чтобы понять это, нужно иметь доказательства, изобличающие намерение преступника уничтожить именно народ. В случае с Третьим Рейхом и славянами эти доказательства есть.

Одним из них является документ под названием «Директивы по экономической политике экономического штаба «Ост» от 23 мая 1941 года, полную версию которого я опубликовал на русском языке только в прошлом году. Это программа уничтожения голодом от 20 до 30 миллионов человек на территории СССР, жертвами которой в итоге стали советские военнопленные и жители крупных городов Советского Союза: собственно, блокада Ленинграда тоже вытекала из логики этого плана. В документе прямо сказано, что стратегию голода нужно применить по отношению к населению, потому что «великороссы, что при царе, что при большевиках, всегда являются врагами Германии и Европы». То есть целому народу была приписана биологическая враждебность и его предстояло радикально сократить.

Ознакомленный с этим планом глава СС Генрих Гиммлер, по свидетельству своего приближенного Эриха фон дем Бах-Зелевского, сказал руководству «Черного ордена»: «Цель похода на Восток — сокращение числа славян на тридцать миллионов человек». О том же неоднократно говорил и Гитлер. В приказе относительно судьбы нашего города, который фюрер надиктовал адмиралу Курту Фрике, есть красноречивое признание: «В этой войне, ведущейся за право на существование, мы не заинтересованы в сохранении хотя бы части населения». В недавно переведенном мною и впервые опубликованном на русском языке диалоге между Гитлером и вице-премьером Румынии Михаем Антонеску фюрер заявляет, что необходимо изыскать средства для «биологического устранения славян», поскольку эти народы представляют собой большую «биологическую проблему» для Европы. Таких свидетельств довольно много. Они доказывают, что жестокий оккупационный режим нацистов преследовал цель сокращения коренного населения.

— Когда в современной России началось активное изучение этой темы? 

— В середине нулевых годов. Сначала вышла ярко написанная, очень эмоциональная в хорошем смысле книга Александра Дюкова «За что сражались советские люди». Потом моя монография «Война на уничтожение».

— Говорят, что президент Путин читал ваши книги?

— Я знаю, что советник президента и глава Российского военно-исторического общества Владимир Ростиславович Мединский подарил Владимиру Владимировичу мою последнюю книгу «Геноцид народов СССР. Неизвестные страницы», выпущенную под эгидой РВИО. Это произошло во время открытия памятника жертвам геноцида, возведенного под Петербургом. Надеюсь, что у главы государства было время ее прочесть.

— Все же ближе к истории. Какие сегодня последние данные по количеству жертв?

— По количеству гражданских жертв ведутся дискуссии, потому что посчитать до человека очень сложно. В настоящее время речь идет о диапазоне от 13 до 17 миллионов человек.

— Как конкретно осуществлялся геноцид?

— Целью Германии был захват жизненного пространства для дальнейшего расселения там немецких колонистов. В руководстве Третьего Рейха с самого начала думали о том, как изменить демографическое соотношение народов на оккупированных территориях, сократив число коренных жителей. Весной 1941 года с этими целями начались поиски способов незаметной массовой стерилизации населения. Они проходили в Освенциме под эгидой СС.

Но параллельно появилась новая аналитика от Герберта Бакке — статс-секретаря Министерства сельского хозяйства нацистской Германии. Его основная задача заключалась в том, чтобы добиться продовольственной независимости Германии, которая довольно серьезно зависела от морского импорта зерна и которой британская блокада побережья в перспективе угрожала голодом. Бакке доказывал, что идеальный выход из этой ловушки в захвате черноземных территорий Советского Союза, которые сделали бы Германию неуязвимой.

Однако если вывозить зерно с юга России и Украины в Германию, а также снабжать им вермахт, в нечерноземной зоне СССР, в центральной России и на Северо-Западе РСФСР начнется страшный голод. В первую очередь голод в городах — Ленинграде и Москве. Предполагалось, что в результате голода только зимой 1941–42 умрут 20–30 миллионов человек. Эта сошлось с политическими планами нацистов по депопуляции территории. 

План Бакке был принят всей верхушкой Третьего Рейха: Адольфом Гитлером, Германом Герингом, Мартином Борманом и не в последнюю очередь Генрихом Гиммлером, который был фанатиком идеи завоевания жизненного пространства.

План голода не реализовался в полном объеме, но реализовался частично. Во-первых, в уничтожении не менее трех миллионов советских военнопленных. Во-вторых, в блокаде Ленинграда, оккупировать который Гитлер запретил даже в том случае, если город капитулирует. В-третьих, в голоде на оккупированных территориях, который унес жизни десятков тысяч людей, особенно в Киеве, Харькове и других крупных городах. Чудовищный голод был организован 18-й армией вермахта в Пушкине и Павловске. Отдельная категория уничтоженных — жители прифронтовых территорий, которых загоняли в пересыльные лагеря под видом военнопленных и там не кормили. Сюда же нужно прибавить, что эти лагеря были источником жуткого голодного тифа, который перекидывался на гражданское население.

Кроме того, план Бакке дополнялся жесточайшими карательными операциями с сожжением деревень. Тут стоит отметить, что нацисты заблаговременно понимали: политика ограбления и порабощения не может не вызвать сопротивления. Они готовились применять при подавлении этого сопротивления техники избыточного насилия, когда за каждую акцию неповиновения уничтожается не конкретный ответственный, а значительно большее число представителей коренного народа, например, все жители деревни. Эти меры также диктовались геноцидальными целями.

— Зачем сегодня, по вашему мнению, принимать закон, закрепляющий понятие «геноцид советского народа»?

— Есть несколько причин. Во времена Нюрнбергского процесса термина «геноцид» еще не существовало. Там было признано, что массовые убийства населения СССР были следствием плана уничтожения народов нашей страны, но этот вывод был помещен в разделе «преступление против человечности». С течением времени терминология конкретизировалась. Если уничтожение африканских племен нама и герреро немецкими войсками в 1904 году сегодня признали геноцидом, в том числе и в Германии, то аналогичные события во время Второй мировой войны по отношению к славянам надо называть тем же термином. Иначе это ведет к искажению исторической реальности. Кроме того, поколение видевших ужасы и преступления нацизма уходит. Именно сейчас очень важно написать четкий и научно выверенный нарратив, чтобы пояснить будущим поколениям россиян, в чем смысл праздника Победы. Он в том, что наш народ был спасен от уничтожения.

Беседовал Федор Данилов, «Фонтанка.ру»